Сегодня публикую воспоминания людей о том дне, 22 июня 1941 года. Собрал их Виктор Аркадьевич Бердинских, доктор исторических наук, профессор Вятского государственного университета. Автор более двух десятков книг по устной истории, истории русского крестьянства, истории ГУЛАГа, истории русской поэзии.
Вступительные слово от Бердинского В. А.:
...реальная жизнь состоит как раз из мелочей и деталей быта, не осознаваемых как ценность. Но только они дают настоящую атмосферу подлинности: цвет, вкус и запах каждой эпохи.
Мой отец воевал. Но когда я десятилетним мальчишкой упросил его рассказать о войне, то вместо привычных по книжкам геройских подвигов он рассказал мне что-то вовсе, на мой тогдашний взгляд, несуразное. О том, как впереди всех на штурм высоты пошел штрафбат (я и не знал такого слова), о том, как зимой перед мощными немецкими укреплениями в чистом поле положили полк сибиряков и весной с таянием снега трупы стали разлагаться, двигать руками и ногами. О том, как их взвод заблудился и вышел в тыл к немцам, но вместо того, чтобы геройски ударить по ним, тихо-тихо ушел восвояси. По книжкам я твердо знал: воюют совсем не так. На войне совершают подвиги. Медали у отца были (военные, а не послевоенные). Значит, и он совершал какие-то подвиги. Но выпытать о них мне так и не удалось. Отец помрачнел и вообще перестал отвечать на мои вопросы. Я же уяснил одно: книжки о войне — это одно, а рассказы — совсем другое.
Эти рассказы-интервью (как и многие другие, хранящиеся в моем личном архиве) записаны в конце 1980-х годов в Вятском крае у местных старожилов с помощью моих студентов, за что приношу им свою горячую благодарность.
«Что могут вспомнить малограмотные женщины? Да что они видели?» — ухмыльнется иной скептик. А чего они не видели? Да, порой, конкретная деталь из их рассказа дороже пухлого тома мемуаров иного генерала! Народные воспоминания о войне — это истинная мера времени и мера человека той поры. Противоречивые и сбивчивые, но честные и безыскусные, они нужны нам сегодня. Без них мы обеднеем, обнищаем духом.
Это — исповеди России!
Анна Борисовна Лошакова (1909 — год рождения): «Мы работали в поле. Видим, мужики на лошади едут. Кто песни поет, а кто и ревет. Думаем — что же это такое случилось… А когда и нам сказали, что война началась, то и сами заревели».
Анастасия Васильевна Утемова (1916 ): «Помню, мы тогда дорогу на покосы делали: землю на лошадях возили, насыпь делали, канавки по бокам копали. Смотрим — идет мужик из Кирса — Иван Осколков. Мы его «Ванька Пурга» звали. Он-то нам и сказал, что война объявлена. Сказал, да и сам заревел. «Опять, — говорит, — воевать, в окопах сидеть. Мало, что ли, я на Хасане сидел?» Всех мужиков у нас забрали. Остались в селе три старика, подростки да бабы. И Ваньку Пургу взяли на фронт. Жена-то у него Анна и сейчас жива, не так давно ее видела. Она еще тогда в войну к нам в село приходила, рассказывала, что от Ивана письмо получила, что он пишет о себе и денег просит выслать. Написал и еще ошибку в письме сделал. Написал: «Вышли мне денег. Скал брал потерял». Торопился видно, когда писал, вот, наверное, и написалось вместо «сколь» — «скал». Ну и не вернулся этот Иван с войны. Убили где-то его.
Всех мужиков из села на войну забрали. Провожали всем селом. Повестки мужикам приходили. Работать-то мы все равно работали. Утром за нарядами на работу к конторе колхозной ходили, там и узнавали, кого следующего на войну забирают. Постепенно всех и забрали. Мужа моего забрали 18 августа. Он тогда на косилке докашивал поле, сено заготовляли. Жалко было отпускать, поревела же я тогда, расстроилась, да не у меня одной горе такое было».
В городе: на заводах, предприятиях, в школах, институтах — известие о войне было встречено несколько по-другому.
Г.А. Скачков (1919), молодой рабочий Кирсинского завода: «Было воскресенье. Стояла отличная погода. В заводском парке в тот день было объявлено массовое гуляние. Пошел из дома пораньше, чтобы проверить готовность всех спортплощадок. Комитет комсомола поручил нам немного: привести в порядок спортплощадки, подсыпать известью все отметки, повесить с утра в воскресенье волейбольные сетки на трех площадках. Все было в полном порядке. Настроение хорошее. Цеховые волейбольные и баскетбольные команды прибывали в парк, проводили разминку. А динамики, прикрепленные высоко на телеграфных столбах, разносили веселые марши, популярные мелодичные песни, подготовленные на сегодняшний день на пластинках в заводском радиоузле. Кто-то по динамику время от времени приглашал в парк.
К сегодняшнему мероприятию была подготовлена самодеятельная программа, павильон для шахматных сражений и танцевальная площадка, на которой хорошо отремонтированы и хорошо покрашены еще дней десять или полмесяца назад все диваны, лесенки и раковина для духового оркестра. Готовы и наполнены ящиками с выпечкой, конфетами, зефиром — все три киоска. Массовое гуляние было назначено на 12 часов.
Но вдруг динамики сначала замолкли, а затем… «…Через несколько минут по радиостанции им. Коминтерна с обращением к советскому народу выступит Председатель Совета Народных Комиссаров СССР Вячеслав Михайлович Молотов».
Предупреждение было передано с большими интервалами еще два раза. Народ собирался у репродукторов. На волейбольных и баскетбольных площадках прекратилась игра. Молодежь подвинулась к динамикам. Чувствовалось что-то тревожное. Настроение менялось еще до выступления Молотова…
Массового гуляния не получилось. Из парка народ потянулся домой. В тот же день в военный отдел отдела кадров завода поступили десятки заявлений от рабочих завода, служащих, от комсомольцев с просьбой отпустить их с завода и направить в военкомат».
Игорь Петрович Васильев (1919): «В сорок первом году учился я на пятом курсе мединститута в Перми. Весеннюю сессию сдал, осталось сдать госэкзамены. Сдавали мы их тогда много, около семи, половину-то уже сдали, а половина осталась. Было в тот день воскресенье, солнечный такой и теплый денек. Вышел я из общежития, сел на досочки, там во дворе было что-то вроде скамейки, читаю, готовлюсь к экзаменам. Прочитал довольно, решил немного отдохнуть. А в общежитии во дворе на столбе висел репродуктор, такой четырехгранный. Сначала как обычно там музыка, зарядка, ну все как в воскресенье. Учить мне уже порядком надоело, и тут я слышу: «Товарищи, слушайте важное правительственное сообщение». Выступал Молотов. Обычно он заикался, а тут, слышу, еще сильнее заикается. Он и говорит, что немцы перешли границу и начали войну. Наши войска обороняются, враг несет большие потери. Наша главная задача: всем подняться на борьбу и вероломного и коварного врага изгнать с нашей территории. Тут серьезные-то люди призадумались: война-то не шутка, хотя и было такое мнение, что мы победим любого врага малой кровью и на его территории.
Младшие наши курсы жили в студгородке (это минут сорок ходьбы до института), старшие жили уже ближе, а наш пятый курс был вообще рядом с институтом, почти во дворе. И вот без особой команды, сам по себе возник митинг. Собрались в основном старшекурсники, те, кто жил поближе к институту. На митинг этот пришел наш директор Петр Петрович Сумбаев, да еще некоторые представители кафедр. Пришел еще из военкомата старший лейтенант, видимо, татарин. Сумбаев нам сказал тогда, что вы советские медики, а медики в военное время фигура важная. Он говорил еще изречение (вот кого, не помню), кажется Гиппократа: «Многих воителей стоит один врачеватель искусный». Имейте в виду, что излеченный вами раненый боец уже более опытный воин. Еще он говорил о роли врача в борьбе с эпидемиями во время войны. Как, например, в Гражданскую войну был злейший грипп, его тогда испанкой звали. Так вот, от него народу погибло больше, чем во время войны. Говорил еще Сумбаев, что ваша работа будет успешной, если вы будете руководствоваться марксистско-ленинской теорией. После него выступил представитель военкомата. Он сказал: «Товарищи, вы очень грамотные», — ну и так далее.
Выступили потом студенты, которые в общественной работе поактивнее. Тот старший лейтенант сказал, чтобы все мужчины шли в сталинский военкомат. Тут возмутились некоторые девушки, дескать, почему только мужчинам идти в военкомат, мы тоже желаем участвовать в борьбе с проклятым врагом. Старший лейтенант им и ответил: «Товарищи, мы знаем, что вы очень патриотичны, для вас работы много будет в тылу. Пока все ваше дело заключается в том, чтобы закончить учебу». Но не тут-то было. Некоторые девушки возмутились, дескать, ни в коем случае, мы желаем воевать сейчас же, а то война будет кратковременной, продлится она всего две-три недели, мы же на нее не успеваем. Некоторые даже ногами топали. Кто же тогда знал, как все будет?»
@Опубликовано в журнале Знамя, номер 5, 2020
Journal information