художник Сергей Алексеев. "После дождя"
***
Шумит листва. Перевернув листок
календаря, танцует ветерок.
Сентябрь приходит с яблоками, астрой,
с твоим письмом. Читая между строк,
нечаянно замечу: «Жизнь прекрасна».
Нет повода пенять на этот свет.
Куплю в обед билеты на балет.
Раз ничего не требуют, не просят –
не буду отвечать: к чему ответ,
когда и так чудесно, – снова осень.
Пусть школьники – цветные мотыльки,
не чуя ни печали, ни тоски,
летят на свет познания из мрака
блаженного неведенья – легки,
как брошенная в жар огня бумага.
***
Вдруг понимаешь, уезжая,
Как любишь этот город. Ведь
Ты не такая уж чужая,
И жизнь, все время дорожая,
Здесь обесценивает смерть.
Спеша на чартер полуночный,
Ты видишь мост издалека,
Канал, скамейку, дом песочный
И куст, почти без листьев, тощий,
Прорвавший местность, как тоска.
Так оставлять все это жалко! —
Забрать с собой, вдохнув, как дым,
Казанский, бледный свет под аркой,
Двор проходной, горшок с фиалкой,
Оставшись вечно молодым.
***
Хлопнешь дверью и выйдешь наружу,
отношенья порвать поспешив,
встанешь прямо в чернильную лужу,
а вокруг – ни души, ни души, –
ни друзей, ни врагов, ни соседей,
как в оглохшей далекой глуши;
забивает дыхание ветер:
если можешь теперь – не дыши.
Над увядшей аптекой «Фиалка»,
освещенной одним фонарем,
над петляющей улицей, аркой,
придающей пространству объем,
над нечаянной радостью, болью,
заточённой в сознанье твоем,
пролетает листва… Бог с тобою,
мы еще поживем, поживем!
Мышь
Вот тетушка Маша и стала похожа на мышку:
слегка заострился, длиннее как будто стал нос,
и волосы собраны сзади в седеющий хвост.
Для пищи незримой, духовной, нужны стали зубы:
грызет все подряд позабытые пыльные книжки,
где смыслы остры и съедобными кажутся буквы,
в слова превращенные выше – на уровне крыши,
засыпанной снегом, висящей в замерзшем окне.
И нам говорит, что она не выходит и нет
желания даже в тот мир заоконный вернуться.
Но мы-то с тобой точно знаем, что есть черный ход,
из дома доходного вниз убегающий – под
пласты городские, идущий потом под рекой
в мышиное царство – амбара зернистый покой.
Вот там-то раздолье, там секта счастливых мышей
о Гофмане, Кафке беседуют и о погоде,
из трав самокрутки варганят, пищат, хороводят.
Уютно и весело юркой пугливой душе.
***
Как в бане, воздух густ перед грозой.
И ходят тучи тучные, как бабы,
Тяжеловесной радуя красой.
Гремят тазы, и свет струится слабый.
Вот-вот и нас из шайки обольют
Живой водой из черного колодца.
И, может быть, на несколько минут
Забытый первозданный мир вернется.
Всем мира и добра!
#зимавместе #литературныйпонедельник #стихи
Journal information